praktiki

ПРАКТИКИ

Для Вечной молодости и Вечной жизни

podarki

ПОДАРКИ

Книги, Вебинары, Аудиопрактики

video

ВИДЕО

от Айгуль


Продается молодость

Галина Костина, «Эксперт» № 34-2012

В июле в аптеках Москвы появился «Визомитин» – глазные капли от академика Владимира Скулачева, первое в мире зарегистрированное лекарственное средство, проникающее в митохондрии. И хотя в показании к применению капель скромно значится малоизвестная широкой публике болезнь «сухой глаз», их скупали все, кто хоть что-то слышал о работах академика над средством от старости.

 

В аптеке МГУ выстроившаяся очередь настойчиво требовала капель: «Мы слышали, что они вышли, они у вас что, под прилавком?» В другой аптеке кто-то купил сразу сто флаконов. «Хорошо, если для мелкой коммерции, – говорит Владимир Скулачев. – Не дай бог выпьет. Ведь там находится небезвредный в больших дозах антибактериальный агент, который добавляется во все глазные капли. Это же лекарство, нужно выполнять предписания, а не пить как заблагорассудится!» Прошедшие перед выпуском на рынок «Визомитина» клинические испытания показали: неизлечимое заболевание слезной железы – сухой глаз – хорошо поддается терапии. Более 60% испытуемых отметили значительное улучшение состояния глаз. Для сравнения часть испытуемых использовали увлажняющие капли от известной западной фирмы, и результаты были в три раза хуже. Уже прошли клинические испытания капель против катаракты, заканчиваются – против глаукомы, итоги будут официально объявлены в ближайшее время, но уже известно, что капли очень действенны. Старушка, одна из испытуемых, которая ходила только с провожатыми, через пару месяцев уже появлялась у врача сама и на удивленные возгласы медика отвечала: «Сынок, я же обратно вижу!» Истории о прозревших собаках, лошадях, а теперь и старушках вызывают у скептиков ухмылку. Но и они не прочь попробовать капли: вреда-то не будет, а вдруг тормознут старение! Сам академик, капая в течение четырех лет собственные капли, победил у себя на одном глазу катаракту и серьезно обратил вспять близорукость. И вообще выглядит энергично.

 

О часах, программе, митохондриях и растениях

 

В первом интервью «Эксперту» в 2005 году академик Скулачев, рассказывая о своей гипотезе программируемого старения и механизме, через который программа реализуется, осторожно предупреждал: «Может оказаться, что я не прав». Но уже тогда он был уверен, что создаваемый им продукт улучшит состояние организма. Сейчас Скулачев гораздо увереннее в своей гипотезе: наука складывает в его копилку все больше фактов. Ну а многолетние испытания придуманного им вещества уже показали свою эффективность.

 

Десятки лет Скулачев занимался кислородом, его благородными функциями. И в какой-то момент задумался о том почти ничтожном проценте вредных, но активных форм кислорода, которые могут портить ДНК. В молодости организм справляется с этим ничтожным количеством форм и нивелирует их действие. Но с возрастом бороться становится все труднее. Вредный кислород образуется в основном в митохондриях – органеллах клетки, вырабатывающих энергию за счет сжигания кислородом питательных веществ, и повреждает находящиеся в клетке ДНК, мембраны, белки. Многие молекулы при соприкосновении с активными формами кислорода сами превращаются в свободные радикалы и тоже атакуют эти мишени. Так запускается процесс апоптоза – самоубийства поврежденных клеток в разных органах: клеток становится все меньше, организм дряхлеет и уже не может выполнять свойственные молодости функции. Еще в 1957 году знаменитый физик Лео Сцилард, изучавший влияние на клетки радиации, приводящей к прогерии – ускоренному старению, предположил, что в старости организм может быть еще вполне хорош, только клеток в каждой мышце, в каждом органе становится все меньше. «Похоже, самоуничтожение клеток идет быстрее, чем их замена, – рассказывает Скулачев. – Как на фабрике, когда план остается прежним, а количество рабочих постоянно сокращается».

 

Чем больше он занимался своими исследованиями, тем больше приходил к мысли, что старение – это не накопление поломок в организме, как считает большинство геронтологов, а генетическая программа. Существует ведь генетическая программа смерти клеток – апоптоз, почему не быть программе смерти для всего организма? Это было бы логично с точки зрения эволюции. С помощью апоптоза природа выбраковывает плохие и лишние клетки, а с помощью феноптоза (программы старения организма) – индивидуумов, выполнивших свои функции по передаче генома новому поколению. Некоторые ученые предполагают, что до определенного времени в истории всего живого организмы могли быть бессмертными. Однако, как считает известный биолог Август Вейсман, неограниченное существование индивидуумов стало роскошью без всякой выгоды для природы.

 

За программу старения, по мнению сторонников этой гипотезы, одними из которых являются впервые высказавший это предположение Владимир Дильман и затем развивший идею Алекс Комфорт, ответственны «большие биологические часы», отсчитывающие срок жизни и запускающие процессы старения в разных органах в разное время. Еще не известно, что такое «большие часы», хотя уже открыты «малые», отсчитывающие суточные (циркадные) ритмы. Но «большие часы» просто-таки должны быть! Иначе как объяснить совершенно определенные по времени этапы развития человека с младенчества: сначала рост, потом его прекращение, половое созревание и климакс, возрастные изменения уровня гормонов и т.д. Увы, «большие часы» пока не обнаружены.

 

Впрочем, этот научный пробел не мешал Скулачеву заниматься тем этапом программы, во время которого, по его мнению, осуществляется механизм старения – накопление вредных форм кислорода и уничтожение клеток. Пресечь этот беспредел логично было бы с помощью специальных антиоксидантов, нейтрализующих ядовитый кислород. Созданию такого вещества поспособствовало открытие Владимира Скулачева в сотрудничестве с биофизиком Ефимом Либерманом, совершенное еще в 1969 году. Ученые обнаружили, что некоторые катионы (положительно заряженные ионы), используя разность электрических потенциалов между клеткой и ее окружением, легко проникают внутрь клетки. Но гораздо быстрее они втягиваются в митохондрии, где разность потенциалов в три раза выше, чем в клетке. Стало быть, катионы можно использовать как «молекулы-электровозы», которые можно загрузить антиоксидантами. И митохондрии будут заглатывать эту конструкцию по всем законам физики. Это открытие уже сумел использовать ученый из Кембриджа Майкл Мерфи. Он прицепил к катиону тот антиоксидант, который сидит в наших митохондриях, – убихинон. Скулачев тогда подумал: не то! Дело в том, что убихинон может быть как антиоксидантом, так и прооксидантом. Причем диапазон между «анти» и «про» весьма невелик. Скулачев же позже в своей конструкции использовал пластохинон из растений, гораздо более мощный антиоксидант, чем убихинон, обладающий в сотни раз большим разрывом между «анти» и «про». Так получился антиоксидант Скулачева – SkQ1, адресованный в митохондрии. Sk – это скулачевский ион-«электровоз», а Q – это пластохинон.

 

 

For sale

 

Конструкцию нужно было опробовать, начинать испытания на животных. Для проекта потребовались приличные средства. И Скулачеву повезло. Первым его инвестором стал знаменитый российский предприниматель Олег Дерипаска. Сначала из фонда Дерипаски ученый получил грант, а затем и деньги на инвестиционный проект, который начался в 2004 году. Под проект создали компанию «Митотехнология». Исследования шли полным ходом, финансирование – тоже, пока не случился кризис 2008 года. Дерипаске стало не до непрофильного, хоть и социально соблазнительного проекта. А «Митотехнологию» резко затормозить было трудно, в компании уже работало сотни три сотрудников, в том числе за рубежом. «Никто не ушел, хотя зарплаты не было и в ближайшее время не предвиделось, – констатирует удивительный факт Скулачев. – Все верили в идею – она казалась настолько очевидной, что непременно должен был найтись новый инвестор». Пока ученых как мог поддерживал ректор МГУ Виктор Садовничий. С его подачи на одной из конференций в университете произошла знаменательная встреча Скулачева с главой «Роснано» Анатолием Чубайсом. «Первый же слайд моей презентации пересекала жирная красная полоса, на которой было написано: For sale», – рассказывает Скулачев. Чубайс заинтересовался, однако предупредил, что обсуждение проекта и экспертизы в госкорпорации могут занять столь долгое время, что дело, пожалуй, и заглохнет. Подумав, он предложил встретиться с частным инвестором – своим бывшим сослуживцем по РАО ЕЭС Александром Чикуновым. К тому времени Чикунов создал группу «Росток», в которую входил фонд, предназначенный для инвестирования значимых для человечества прорывных проектов, к тому же не обещавших немедленной коммерческой отдачи. Так в 2009 году проект «Ионы Скулачева» получил поддержку фонда «Росток», а новая компания «Митотех» продолжила работу. Чикунов был очарован академиком и его идеями. Скулачев, в свою очередь, – поддержкой в такой важный момент и увлеченностью инвестора благородными проектами. Сотрудничество с фондом «Росток» было важно и для благополучной связки с корпорацией «Роснано», требующей для каждого проекта соинвестора. «Росток» финансировал скулачевский проект полтора года, ровно до того момента осенью 2010 года, когда соглашение с «Роснано» вошло в силу и компания «Митотех» получила от корпорации первый транш – 95 млн рублей. И тогда Александр Чикунов решил, что он свое дело сделал. Надо сказать, это было неожиданное для ученых решение, но, как бы там ни было, они ему благодарны. «Он действительно помог нам в критической ситуации, – сказал генеральный директор компании “Митотех” Максим Скулачев. – Теперь, возможно, он будет поддерживать другие интересные проекты». Чикунов, хотя и перестал финансировать проект, остался среди совладельцев «Митотеха».

 

Ученым пришлось срочно искать нового инвестора: не только потому, что уже стартовали дорогостоящие клинические испытания капель, но и потому, что этого требовало соглашение с «Роснано». Им снова повезло. Проектом заинтересовался один из выпускников МГУ, владелец IT-компании. Он согласился перехватить эстафетную палочку инвестора. Проект, согласованный «Роснано», предполагал вложения в сумме 1,4 млрд рублей от корпорации и соинвестора. До этого в него уже было вложено примерно 24 млн долларов. За эти деньги работало множество научных групп, в том числе зарубежных, было построено опытное сертифицированное производство, в МГУ открыт современный виварий, проведено несколько серий клинических испытаний, запущены испытания препарата в США и Великобритании. По российским меркам инвестиции значительные, хотя представитель бигфармы на одно лекарство может потратить более миллиарда долларов. Но зато и «отбивает» их достаточно быстро. «Мы тоже уже зарабатываем, – смеется Владимир Скулачев. – Первую партию капель смели с полок за несколько дней. Сейчас сертифицируем следующую партию». Стоимость флакона капель – около 500 рублей, а начальная выручка от продажи – всего за пять дней – полмиллиона рублей. Но ведь это только начало!

 

В планах «Митотеха» – в случае успеха ряда клинических испытаний по лечению глазных болезней – начать переговоры с бигфармой. Пока же в активе инновационной компании есть коммерческий продукт от «сухого глаза», закончились клинические испытания капель против катаракты (данные обрабатываются, но уже ясно, что средство высокоэффективно), продолжаются клинические испытания капель против глаукомы, а осенью начнутся испытания капель против возрастной макулодистрофии (поражение сетчатки глаза). Если все эти достаточно распространенные и плохо или вообще неизлечимые глазные болезни поддадутся каплям Скулачева, это будет успех, который, несомненно, заинтересует крупные фармкомпании. Достойную базу для таких соглашений, кстати, «Митотех» готовит не только в России: доклинические испытания капель заканчиваются в США.

 

От инфаркта, больных суставов и облысения

 

Капли каплями, но от Скулачева все ждут универсальной таблетки от старости. Пару лет назад он показывал серовато-коричневые пилюли – первые прототипы таблеток от старости. С тех пор их усовершенствовали, сейчас вещество в них более стабильно. Через несколько месяцев «Митотех» собирается подать заявку в Минздрав на разрешение клинических испытаний таблеток. «Пока это будут испытания на безопасность, в них примут участие добровольцы», – говорит Максим Скулачев. С дальнейшей тактикой в компании еще не определились. «Есть два пути, по которым мы можем пойти, – говорит Владимир Скулачев. – Четко отработать глазные болезни и выходить с этими показаниями на мировой рынок или начать испытания по одному из тех возрастных заболеваний, которое охватывает миллионы. Скорее всего, это будут какие-то сердечно-сосудистые болезни». У компании есть год для того, чтобы прийти к определенному решению.

 

Хотя таблетка, которая будет разносить вещество по всему организму через кровь, теоретически обладает системным действием, испытания будут проводиться по конкретным показаниям. Перечисление заболеваний, свойственных пожилому и старческому возрасту, займет не одну страницу. Это сердечно-сосудистые, аутоиммунные и связанные с ослаблением иммунитета, а также нейродегенеративные, гормональные изменения. Уже начаты опыты на животных. В частности, в опытах на мышах и крысах было показано, что SkQ1 уменьшает зону инфаркта миокарда и инсульта, снимает сердечную аритмию, спасает от смерти при инфаркте почки. У испытуемых мышей тормозилось облысение, поседение, развитие остеопороза. У самок не прекращались эстральные циклы, а самцы не теряли половую мотивацию. SkQ1 также существенно тормозил возрастную дегенерацию тимуса (органа, ответственного за выработку клеток иммунной системы). Известно, что у человека тимус начинает стареть еще в молодости, ослабляя иммунитет.

 

Таким образом, компания «Митотех» способна создать целую линейку уникальных инновационных препаратов, которые могут стать весьма привлекательными продуктами для мировой фармы. Параллельно ученые будут вести дальнейшие изыскания, которые помогли бы убедительно показать, что старение – это программа, которую можно отменить. Одно из направлений научной деятельности – поиск вещества, которое могло бы быть мерилом возраста (по аналогии с радиоуглеродом 14С, по содержанию которого датируют различные биологические останки). «Это должно быть такое вещество, которое с возрастом меняется не биологически, а химически, – объясняет Владимир Скулачев, – к примеру, какая-нибудь аминокислота. Известно, что у млекопитающих все аминокислоты в белках имеют форму изомера L. Если в запаянную ампулу поместить раствор аминокислоты, то через короткое время там будет поровну изомеров L и D. Но проблема в том, что произойдет это через 250 лет. Однако совсем недавно у нас появилась одна безумная идея, по какому веществу можно было бы измерять возраст, и мы ее будем проверять».

 

В научных планах компании – проверка механизма, связанного с гибелью клеток из-за действия свободных радикалов. Изыскания будут проводиться в сотрудничестве с нобелевским лауреатом биохимиком Аароном Чехановером из Израиля. Гипотеза такая: клетки гибнут из-за апоптоза, который вызывают свободные радикалы. Организм, как и директор фабрики, будет экономить сначала не на рабочих, а на обслуживающем аппарате. По мнению Владимира Скулачева, организм начинает экономить на тех молекулах, которые осуществляют контроль качества белков, в результате чего в клетках начинают накапливаться поломки. «Меня осенило, что эта гипотеза примиряет две противоречивые точки зрения на старение, – говорит Скулачев. – Если это верно, то старение – это программа, которая приводит к накоплению ошибок! А когда этих ошибок накоплено слишком много, их ничем не вылечить, даже нашим SkQ. У очень старой крысы SkQ не лечит слепоту». Это исследование важно и с той точки зрения, когда начинать лечить старческие болезни, чтобы быть молодым в сто лет.

 

{jllikelock}

Портал «Вечная молодость» http://vechnayamolodost.ru

{/jllikelock}

 

 

Комментарии   

0 # Роза 12.04.2015 02:47
привет! сегодня 11 апреля 2015.
у кого-нибудь есть результаты после этих капель?
почти 2 года прошло после публикации ,а публика молчит!?
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить